Подписка онлайн

«Я себе ещё рожу!»

6 марта 2009

Заря Кубани

На этом судебном заседании я была несколько месяцев назад. Но описать его всё не поднималась рука. Почему? Потому, что слушалось дело о лишении родительских прав.

Людмила живет фактическим браком с Иваном (имена изменены) и рожает детей. Регистрировать брак и признавать отца дочерей не хочет. У молодой женщины синдром зависимости от алкоголя средней тяжести. Постоянного местожительства она не имеет, воспитанием детей не занимается. В доме Ивана есть все условия для нормальной жизни. Но что же видят там дети? Грязь, окурки, бутылки, пустой холодильник. Они не знают, что такое чистые вещи, игрушки, нормальное питание, грудного молока не пробовали, их кормят смесью, которую разводят водой из-под крана.

В течение полугода детей, как сказано в протоколе, «изымали» дважды. В социальной палате ЦРБ мать их не навещала — «некогда». А детям-то полтора года, десять месяцев, возраст, когда без мамы — ну никак! Старшей врачи уже поставили диагноз задержка речевого развития, так как она ни слова не говорит. У младшей — задержка психомоторного развития. А всё потому, что растут детишки как сорняки, не получая даже элементарного, не говоря уже о любви и ласке. Когда их увозили, мама в пьяном угаре кричала: «Ну и забирайте, я себе еще рожу!» Родив вторую дочь, Людмила не хотела забирать ее из больницы, даже отказное письмо написала.

— Не нужен мне был ребенок — и всё, — говорит она. — Но потом меня уговорили, пришлось дочь забрать, зарегистрировать. Жалко стало бросать.

— Что поделаешь, — вздыхает представитель администрации сельского поселения, — не состоялась Людмила как мать. По своей молодости не понимает, какая на ней ответственность. Плохо, если она потеряет детей.

— А зачем рожала? — спрашивает судья. — Зачем обрекает детей на жестокое обращение?

— А что, аборт делать? Щас! — возмущается Людмила.

 И тут суд узнает, что эта «несостоявшаяся» мать снова беременна.

Судья в недоумении и начинает говорить о том, что есть способы предохранения…

— Спираль что ли ставить?— перебивает женщина. — Еще чего! Себя гробить?!

— У вас дети, а вы пьете, курите…

— Все курят. Я шесть лет курю. Что же, по вашей милости, бросать? А без пива вообще жить не могу! — снова идет в наступление Людмила.

Ознакомившись с обстоятельствами дела, прокурор просит лишить женщину родительских прав.

— Я изменилась, не пью, порядок навела, — начинает вдруг оправдываться она.— Пожалуйста, верните мне детей, я исправлюсь.

Суд принимает решение ограничить Людмилу в правах, передать ее детей на попечение управления по вопросам семьи и детства для дальнейшего жизнеустройства. К делу вернется суд через полгода. Если не будут устранены обстоятельства, мешающие воспитанию детей, примет решение о лишении Людмилы родительских прав.

…Девочек сразу же взяла под опеку семья, где есть дети, свои и приемные. На новогоднем утреннике я наблюдала за ними со стороны. Пришли нарядные, с яркими бантами в локонах, в пышных платьях. Надо было видеть, как старшая с обожанием смотрела на новую «маму», а младшая, сидя у «папы» на руках, «собственнически» обнимала его и гордо поглядывала на окружающих. Эти чужие люди, приютившие малышек, с умилением рассказывают о новых дочках и радуются каждому их успеху.

А что же родная мама? Срок ее реабилитации истекает на днях. Она готовится рожать еще одного ребенка и о правах на дочек не заявляет. Кого же родит? И для себя ли?

Читайте также

Загрузить ещё
Поделиться с родными Поделиться с родными Поделиться с друзьями